Администрация Орловской области
7 марта 2021 03:24 MSK
 
 
Страницы истории наших репрессированных и реабилитированных земляков

Корсаковский район

Корсаковская районная газета Восход, 2000 г. Статья Акимов И. Г. (Михеева А. И.)

Без вины виноватые…

Давно это было. В д. Минино бывшего Войновского сельского Совета жила трудолюбивая семья Григория Акимова. Сам хозяин слыл мастеровым человеком, умел он смастерить мельницу, молотилку, печку выложить. Его руки не боялись никакой работы. Наверно, потому и хозяйство у него было крепкое: мельница, молотилка, скот, птица — все это было в семье Г. Акимова. Наемной рабочей силы не имел — со всем хозяйством справлялись члены семьи. В период коллективизации семья попала в разряд кулаков и была раскулачена.  В хозяйстве не осталось ничего, но членов семьи не тронули, даже главу семьи не сослали, видно, на его рабочие руки рассчитывали.

Сын Акимова Иван Григорьевич с женой вступил в колхоз и так же добросовестно трудился на колхозных полях, как и раньше на своих собственных. Его назначили бригадиром полеводческой бригады.

Наступил 1936 год. Когда пришло время сеять озимые, Иван Григорьевич засеял поле на неделю раньше, вопреки директиве из центра о сроках посева. Председатель колхоза Е. Васин не разрешал сеять, ссылаясь на эту самую директиву, а бригадир Акимов, используя свой опыт землепашца, засеял все же поле. Произошла ссора между Васиным и Акимовым, и тогда председатель, написал письмо в органы о вредительской деятельности бригадира, тем более, что тот из семьи раскулаченных, а значит, ему есть за что вредить. К тому времени в семье И. Г. Акимова было четверо детей, младшей Тоне было шесть месяцев.

Озимые на том злополучном поле взошли на редкость густые, да такие, что про них говорили: «Грач спрячется». Но письмо ушло, и дело свое сделало. А с того Ивановского поля (как его называли) летом собрали богатый урожай.

11 января 1937 года ночью Иван Гаврилович был арестован и с тех пор как в воду канул. Потом просочились слухи, что признан и осужден он как враг народа. О том, что пришлось пережить семье, рассказала Антонина Ивановна Михеева, его младшая дочь.

— Нашу семью в деревне за людей не считали, мы так и ходили с клеймом «враги народа». Мать тогда выполняла самую тяжелую работу: с ней работали наравне и старшие дети. Нас, детей, не приняли ни в октябрята, ни в пионеры, ни в комсомол. Было очень обидно. Работали мы не хуже других, а за работу получали в последнюю очередь — что останется. И были мы последними людьми в деревне.

Через восемь лет после ареста отец прислал первое письмо. Оно очень удивило семью. Ведь думали, что его нет в живых. В то время он находился на лесоповале. Приглашал мать приехать, а куда же она поедет — испуганная, забитая? В 1953 году, через 17 лет, он приехал сам за семьей, хотел забрать, но мать не поехала. Она мотивировала свой отказ тем, что здесь к ним уже притерлись, свыкли, а на новом месте она боялась, что к ним прилипнет это клеймо. После войны только-только начинали жить, обзавелись опять хозяйством (ведь во время войны корову, свиней постреляли немцы — на мясо, птицу тоже съели). Ее тоже можно понять. А как отцу хотелось приехать к ним и жить вместе! Ему там, на поселении, говорили, что уже дома его не ждут, что ему не стоит напоминать о себе. Но желание увидеть их было превыше всего, и при первой же возможности (после смерти Сталина) он приехал. Из Минино он уехал один, опять туда же, в Свердловскую область, где был приписан жить после исправительно-трудовых лагерей. В коммуналке у него там была своя комната.

Потом мать часто получала письма, да и соседи писали, чтоб она приехала  к нему. Был он на хорошем счету. А в 1959 году пришло известие, что он погиб вместе со своей бригадой на лесосплаве. В течение последующих трех месяцев семья получала деньги, заработанные им.

Антонина Ивановна вспоминает: «Видно, люди, которые окружали отца там, были, такие же, как и он, репрессированные. Уж очень они были сердобольные. После смерти отца сообщили нам, что у него остались вещи, просили за ними приехать. А когда мать отказалась, с нашего разрешения их продали, а деньги нам выслали». Окончив семилетку Антонина Ивановна стала работать в колхозе, помнит, как мать учила ее вязать снопы, укладывать их в копны. Закончив девять классов Спешеневской средней школы, А. И. Михеева приехала в Корсаково, устроившись работать санитаркой в больницу. Рекомендацию на эту работу ей дал председатель колхоза из д. Минино И. И. Жидов.

Вскоре трудолюбивую, исполнительную санитарку направили на курсы медсестер. Вернувшись, она 36 лет отработала медсестрой педиатрического кабинета.

Местные жители, кто много лет знает ее, отмечают только ее отличные профессиональные качества, но и феноменальную память: о детях района она знала все – кому, какие прививки сделаны, кому предстоит сделать и даже даты их рождения.

Здесь же, в Корсаково, Антонина Ивановна и встретила своего мужа.

Прошло много лет со дня гибели отца, умерла мать, умер и дедушка, так         и не дождавшись сына. Но Антонина Ивановна жила с мыслью, которая не давала спокойно жить — смыть с себя, с брата, сестер пятно «враги народа». Какие они враги? И брат, и одна из сестер всю жизнь проработали в колхозе трактористами, другая сестра — дояркой. Антонина Ивановна стала писать запросы, добиваясь правды.

И вот, наконец, в 1996 году был получен долгожданный документ — справка о признании пострадавшим от политических репрессий. В нем, в частности записано: «Михеева Антонина Ивановна является дочерью гражданина Акимова Ивана Григорьевича 1899 года рождения, репрессированного 01.11.1937 года особой тройкой при НКВД по Орловской области по ст. 58.10 УК РСФСР на 8 лет ИТЛ, реабилитированного 19.11.1955 года Орловским облсудом».

Вот и все. Всего несколько десятков слов, а за ними — покалеченные судьбы, несостоявшиеся жизни, безотцовщина, все то, что через край хлебнул незащищенный человек.

Валентина Иванова //Восход.- 2000г. — №88. — С. 3.

Корсаковская районная газета Восход, 2003 г.

Сильные духом

В этот день полагается вспомнить тех, кого обстоятельства прошедшего времени заставили круто изменить свою судьбу, но не растеряться, не озлобиться, а сохранить свое гражданское достоинство.

В начале прошлого века на реке Тобол в Тюменской области стояло красивое село Кутырево, жители которого сплошь носили одну фамилию — Кутыревы. Жили в нем  зажиточные крестьяне многочисленными семьями, натуральным хозяйством. Село полностью себя обеспечивало: были в нем мельница, крупорушка, маслобойня, скорняжное, валяльное производство, шили одежду, в том числе и тулупы, крестьяне занимались земледелием                           и разведением скота.

Вот, что рассказала Мария Федоровна Васюкова, в девичестве Кутырева.

В этом селе начали семейную жизнь ее молодые родители: Федор Поликарпович  и Ефросинья Федоровна Кутыревы. Жили одним большим домом, где кроме них, были еще три женатых брата с женами и детьми. Семья жила в достатке, потому что  основой всему был труд. Помощников со стороны не привлекали – рабочих рук хватало своих.

Так бы и жила  эта деревня Кутырево, если бы не индустриализация страны Советов. Для нее были  нужны крепкие рабочие руки. Семью Кутыревых, как и большинство  других крестьянских семей, местная власть в 1931 году объявила кулацким хозяйством с высолкой на другое место жительство.

Федор Поликарпович к тому времени  отбывал службу в Красной Армии. Прежде срока его демобилизовали, отправив домой, чтобы он смог разделить судьбу вместе с родными. Времени на сборы не дали, позволив взять с собой столько, сколько поместится на телеге.

Побросав кое-что из домашних вещей на телегу, жену и двухлетнего сына, отправился  Ф. П. Кутырев на новое место.  Туда, где начиналось строительство Уральского завода тяжелого машиностроения (УЗТМ). Переселенцев было очень много и многочисленная семья Кутеревых во время следования распалась. Умер в дороге и сынок Федора и Ефросиньи, заболев корью.

На новом месте  всех переселенцев поместили в один огромный барак, построенный на скорую руку, даже без перегородок. Правда, разрешено было строить землянки.

Федор Поликарпович и Ефросинья Федоровна от природы были мудрыми людьми, любили труд, очень уважительно относились друг к другу. Умение трудиться, добросовестное отношение к любому делу, качественное выполнение любой работы помогло им выстоять и воспитать детей,  родившихся на поселении.

Каково было им начинать жизнь здесь, оторвавшись от обжитых мест, где столетиями определялся уклад крестьянской жизни, где традиции, мастерство переходили из поколения в поколение. Но нужно было жить, а значит трудиться. Особым почетом и уважением среди переселенцев пользовался Федор Поликарпович. Он был грамотным человеком (четыре класса церковно-приходской школы), отлично знал плотницкое дело. Среди всех он сразу выделился обстоятельным отношением ко всему происходящему. Ему стали поручать ответственную работу и впоследствии, под его началом была бригада плотников на заводе, которая изготавливала тару под экспортное оборудование, или лесорубов на лесозаготовках. Некоторое время он работал с пленными немцами, которых по-человечески даже жалел, они  то не были виноваты в том, что их отправили на войну.

Правила проживания для переселенцев были строгие: без разрешения коменданта нельзя было покинуть поселок.  И потому Федор Поликарпович, чтобы съездить в город за покупками, всегда отпрашивался у коменданта с наказом вернуться к указанному времени.

Жили бедно, несмотря на то, что работали очень много. В 1932 году в семье Кутыревых родилась первая дочь и, чтобы уберечь ее от голода, Ефросинья Федоровна меняла вещи на продукты, например подушку на стакан молока. Впоследствии Кутыревы развели хозяйство, большое держать им было не под силу, но корова была всегда.

Чтобы выжить, работали все: отец на заводе, мать в лесничестве, а с ней подрастающие дети — вязали веники, сажали в лесу саженцы на месте вырубок. Работы хватало всем.

В семье Кутыревых на поселении родилось девять дочерей, выжили из них семеро.

Мария Федоровна,вспоминая своего отца, рассказывает, каким он был добрым, умным, как любил свою семью. За свою жизнь он для них сам построил несколько домов — начиная от маленького и закончив просторным на окраине Свердловска.  Колодец и баню отец тоже построил сам. И очень любил после бани, закусив кружку браги горячим рыбным пирогом, который мастерски пекла жена, петь. А пел он замечательно и особенно чувственно исполнял «Глухой неведомой тайгою» и «Александровский централ». Любовь   к русским песням он привил и своим детям.

Он был центральной фигурой в семье, его авторитет был непререкаем.  Он никогда не повышал голоса, в семье никогда не было драк, пьянства. Отец был  первым советчиком дочерям в выборе профессии.

Федор Поликарпович никогда не показывал своего недовольства властью, учил детей быть честным, не скрывать в анкетах своего социального происхождения, хотя фраза «из раскулаченных крестьян», тянулась за дочерями как проклятие, как клеймо до 1950 года, когда родители были реабилитированы.

Отец сразу же, получив вольную, перевез семью в Свердловск, где построил маленький дом поближе к школе. На прежнем месте они ходили в нее за шесть километров, а это в суровых природных условиях Урала, да в легкой одеженке… Спустя  несколько лет он построил дом попросторнее, а тот отдал семье погибшего брата.

Федор Поликарпович в годы Великой Отечественной войны не был призван на фронт, вероятно эта категория граждан считалась неблагонадежной. А два его брата, сумевшие избежать репрессий, не вернулись с войны.

Мария Федоровна вспоминает, что жили среди переселенцев, таких же, как и они, поэтому вражды между людьми не было, а наоборот, жили открыто, доверчиво. Находилось время и для веселья, когда шумно, с песнями шли по вечерам поливать посаженные овощи вдоль реки, а вечером с гармошкой на деревенские посиделки.

Какая красивая природа была в том краю! Как гармонично все было в ней и как не соответствовало это отношению власти к людям. Федор Поликарпович заботясь о будущем своих дочерей, не препятствовал их вступлению в пионеры, комсомол. Впоследствии Мария Федоровна, их третья дочь, была активным членом КПСС.

Отец очень страдал по нарушенной жизни  и сразу же после реабилитации поехал в родное Кутырево. Вернулся очень удрученным, подавленным. Богатого когда-то села практически не стало — все брошено, заросло бурьяном — уничтожено само воспоминание о некогда процветающем крае.

Федор Поликарпович  и Ефросинья Федоровна привили своим детям великое чувство родства, любви друг к другу. Все семь дочерей, уже разъехавших, имевших свои семьи, два раза в год обязательно съезжались к  родителям на их дни рождения, а в 1979 году — на их «золотую свадьбу».

В последний раз вся их большая семья собралась в 1983 году в декабре на «серебряную свадьбу» М.Ф., и В.А. Васюковых в городе Душанбе.

Вскоре после этого умерла Ефросинья Федоровна, а Федор Поликарпович пережил свою жену на девять лет.

Простой русский крестьянин, любивший свою землю, умевший красиво на ней трудиться и на вынужденном поселении остался великим тружеником. За высокие производственные показатели на УЗТМ он был премирован радиоприемником, который ему лично вручил директор завода Н. И. Рыжков, впоследствии председатель Совета Министров СССР, а местная газета написала о нем статью под заголовком «Беспартийный коммунист».

По воспоминаниям Марии Федоровны, отец был жизнелюбом, оптимистом и очень любил своих дочерей, он стремился к тому, чтобы они получили образование. Они выполнили мечту отца — почти все стали педагогами, воспитателями детских садов.

Федор Поликарпович несмотря на крутой поворот в своей судьбе, не сломался, выстоял, а свою главную миссию остаться человеком он выполнил с честью.

Валентина Иванова. //Восход. — 2003г. — №86. — С. 2.

Корсаковская районная газета Восход, 2006 г. Статья Васюков В. А.

Как живете-можете?

Фото из семейного архива Васюковых.

Согласитесь, что жить с клеймом сын «врага народа» очень тяжело, а Виталий Абрамович Васюков, житель райцентра, нёс это ярмо  с самого рождения. Ему едва исполнилось два месяца, как арестовали его отца Абрама Дмитриевича Васюкова за «религиозную пропаганду», как значилось в следственном деле.

С молодых лет А.Д. Васюков посвятил свою жизнь служению Господу Богу и не изменил своих убеждений, хотя очень много пострадал за веру. В первый раз его арестовали 1 декабря 1934 года. Суд определил ему пять лет лишения свободы. Но в связи с 20-ой годовщиной октябрьской революции была амнистия и 1 декабря 1937 г., через три года, он вернулся домой. Когда его арестовали, в семье было четверо сыновей: старшему пять лет, младшему Виталию — 2 месяца. Жена Абрама Дмитриевича, Наталья Сергеевна, так же была верующим человеком и разделяла взгляды мужа относительно церкви. Когда муж отбывал наказание, весь груз ответственности на судьбу детей лёг на её плечи. И она, чтобы купить детям хлеба, продавала своё грудное молоко в детскую консультацию, меняла одежду на продукты.

Когда вернулся Абрам Дмитриевич, то он по-прежнему стал заниматься пастырским служением. Семья часто меняла место жительства, то по причине того, что А.Д. Васюкову нельзя было жить в пограничном городе (когда жили в Виннице), то его направляли, как ревностного служителя церкви, для укрепления её в другие города Украины. Авторитет А.Д. Васюкова, как проповедника Слова Божия, рос, и это не нравилось местным властям. В первый день войны с Германией он был арестован вторично и теперь уже на семь лет по тем же мотивам. Теперь в семье Васюковых было уже восемь детей — четверых сыновей они взяли в свою семью после смерти жены такого же священнослужителя, как А.Д. Васюков. И опять осталась одна Наталья Сергеевна да ещё с кучей ребятишек. Сколько помнила она себя, всегда приходилось много работать, чтобы выжить.

В Полтаве, чтобы иметь небольшой клочок земли, приходилось выкорчевывать деревья, кустарники. И не успеют они облагородить эту землю, как она отходила в колхоз, а им давали вновь неразработанный участок земли. А теперь ещё и жизнь в оккупации. Семья оказалась на грани смерти. Продать, выменять уже давно было нечего. Мальчишки мечтали только о том, что когда у мамы появятся деньги, то они купят целый мешок моркови и уж тогда наедятся досыта. Приемных детей разобрали добрые люди. В самый трудный час, когда казалось, что вся семья умирает, в дверь постучались соседи, принесли молока. Увидев, в каком бедственном положении находятся дети, эти люди стали немного помогать.

Однажды немец зашёл к ним в дом за продуктами, но, увидев нищету, голодных ребятишек, а на столе Библию, ушёл. Абрам Дмитриевич в это время находился в лагере под Казанью. Здесь ему пригодились медицинские знания, когда-то в молодости полученные на курсах. Он оказался специалистом-медиком высокого класса, лечил даже конвоиров и персонал администрации тюрьмы, за что его назначили начальником тюремной санчасти. Здесь он встретил своего товарища, чьих детей принял в свою семью и спас его от голодной смерти, отдавая ему хлеб, который оставался от умерших заключенных.

Освободили А.Д. Васюкова в 1947 году. К тому времени Наталья Сергеевна работала швеёй-надомницей от швейпрома. Однажды она послала младшего Виталия за нитками. По дороге он встретил мужчину, который внимательно всмотревшись в мальчика спросил: «Тебя как зовут? Юрий?». Это и был Абрам Дмитриевич, в младшем сыне, которого не помнил, узнал черты старшего. Так вместо ниток Виталий в дом привел отца.

И опять Абрам Дмитриевич продолжал пастырскую службу. Его направили в Харьков восстанавливать разрушенную после репрессий церковь, затем последовали г. Богуслав Киевской области, г. Тульчин Винницкой, где Абрам Дмитриевич по прежнему проповедовал Слово Божие. И на этом посту он оставался до последних своих дней. В записях секретных служб против фамилии Абрама Дмитриевича Васюкова стояла запись «неисправимый».

Вспоминает Мария Федоровна, жена Виталия Абрамовича: «Свёкор мой был очень умным человеком, грамотным, начитанным, в доме было много литературы. Всегда в доме находились люди, которые приходили к нему за советом. В обязанности Натальи Сергеевны, этой добрейшей женщины, входило накормить, обогреть всех, кто был в доме. Абрам Дмитриевич был строгим, но справедливым, любил чистоту, порядок во всем».

Мы сидим с Виталием Абрамовичем за столом, на котором веером разложены бумаги: справки, выписки из протоколов, где чёрным по белому написано: осуждён… статья…, и последнее — «необоснованно репрессирован», «подвергался политическим репрессиям… «реабилитирован». Короткие штампованные фразы, но за ними скрыто человеческое страдание, унижение, детские слёзы, одинокие тяжёлые годы женщины — ни жены, ни вдовы. Всё это не могло не сказаться на здоровье всех членов семьи. Абрам Дмитриевич перенёс три инсульта, последние годы жизни был прикован к постели, через полтора года после его смерти от рака желудка умерла и его верная помощница Наталья Сергеевна. Своим добрым отношением к людям, к близким, она заслужила такую любовь, что за ней поочерёдно ухаживали все её четыре невестки. Рано умерли, не дожив до старости, и старшие дети Васюковых: Юрий — спортивный тренер, Александр — специалист в области экономики, Павел — специалист автодорожного транспорта.

Виталий Абрамович — младший сын — с отцом жил меньше всех. Закончив Харьковский железнодорожный техникум, уехал на работу в Свердловскую область в г. Волчанск, где встретил свою Машу, которая тоже была из семьи репрессированных. В 1965 году молодая семья Васюковых, в которой было уже двое детей, переехала в Душанбе, где тепло и много фруктов. Здесь Виталий Абрамович переквалифицировался, работал на стройке прорабом, построил много домов. За добросовестный труд неоднократно был победителем социалистического соревнования, награждался памятными значками, имеет звание «ветеран труда».

В 1990 году супруги Васюковы переехали в молодой Корсаковский район, где Виталий Абрамович работал прорабом в ПМК. Сейчас — на заслуженном отдыхе. Есть у Виталия Абрамовича любимое занятие — шить на машинке. Всегда готов, если надо, прострочить бельё, сшить незатейливую вещь. Это умение осталось у него от далёкого детства, когда он, помогая матери, шил постельное бельё, выполняя заказ швейпрома.

8-го сентября у Виталия Абрамовича день рождения. Мы сердечно поздравляем его с этим праздником, желаем доброго здоровья, долгих лет жизни, любви его близких.

Валентина Иванова. //Восход. — 2006г. — №36.

Корсаковская районная газета Восход, 2007 г. Статья Маркина А. С.

Жить было трудно всем, а семьям репрессированных вдвойне

Давно ушло то время, когда колесо политических репрессий прокатилось по всей стране, безжалостно калеча судьбы сотни тысяч советских людей.

Не обошло оно и такой крохотный уголок в необъятной центральной России, как наш, Корсаковский район. О его некоторых жителях, пострадавших в те мрачные годы, проживших почти всю жизнь с клеймом «врага народа» и реабилитированных в конце 20 века, в начале 21 века, не раз публиковалась в нашей газете. О немилостивой судьбе, выпавшей на долю родителей, вспоминает пенсионерка д. Данилово Нечаевского сельского поселения Александра Семеновна Маркина.

 О своем отце Семене Романовиче Ельмешине она знает только по рассказам своей матери Любови Федоровны.

«Родилась я в мае 1941 года, а в июне началась война, — вспоминает Александра Семеновна. Отца призвали в армию, и он поехал в Ефремов. Но получилось так, что часть куда был распределен отец, была разгромлена фашистами, и многие молодые солдаты разбежались». Вернулся домой и отец. В ту пору через д. Данилово проходили другие войска Красной Армии, и сбежавшие из Ефремова призывники влились в их ряды и ушли на фронт воевать в составе других частей. Звали туда и отца Александры Семеновны. Но он отказался, для всех его  родных поступок оказался роковым шагом. Он стоил ему жизни, а самых близких людей — жену и детей обрек на тяжелейшие жизненные испытания. Почти до самой своей смерти не могла простить ему такой ошибки жена и почему-то в сердцах называла его «дармоедом». А он, как только явился в Ефремовский военкомат, был арестован. Красноармейца Семёна Романовича Ельмешина 954 стрелкового полка 258 стрелковой дивизии признали дезертиром и врагом народа. 16 января 1972 года военным трибуналом 3-й армии на основании ст. 58 он был приговорен к высшей мере наказания — расстрелу с конфискацией имущества. Ну, а его семья — на высылку в Сибирь.

Без вины виноватые молодая жена с двумя малыми детьми в лютый мороз покидала отчий дом. С ними в дальний путь отправилась и мачеха расстрелянного. Бабушка решила быть рядом с внуками и снохой. До поезда в Елец на санях провожал их дедушка (по матери), которому сопровождавший конвоир даже не дал по-людски попрощаться. Ударив его прикладом ружья, он приказал деду «убираться».

До места назначения они добирались несколько месяцев, с большими трудностями. Мать думала, что полуторагодовалая дочь Саша суровой дороги не выдержит и умрет. «Когда приехали, вытряхнула меня мать из одеяла, и я побежала по деревянному полу».

Деревня, куда они прибыли, находилась рядом с лесом. Это в Новосибирской области. Поэтому у всех в домах полы были деревянные, топилась печь.

По её воспоминаниям, им там жилось спокойно, тепло и уютно. Немец туда не дошёл. Жили они в доме, который оставил им ушедший на фронт солдат. Правда помнит, как однажды в трехлетнем возрасте она осталась в доме одна, когда заболевших  тифом мать и старшую сестру забрали в больницу. Председатель колхоза пожалел её и на собрании призывал жителей опекать малышку: «Что ж мы, нелюди какие?» — сказал он. И добрые люди подкармливали её до тех пор, пока мать была на лечении.

В этих местах большинство работали на лесоповале. Наравне со всеми трудилась и ссыльная Любовь Фёдоровна. А в свободные вечера она вязала тёплые шали и продавала их, чтобы прокормить своих девочек. Постепенно они здесь привыкли, обжились. Мать, не жалея сил работала и ее награждали грамотами. Как-то после войны, в 1948 году её вызвали в военкомат, объявили, что теперь она свободна и выписали соответствующие документы, посоветовав сохранить их до лучших времен. (Она их потом потеряла). Получив свободу, можно было остаться жить там, но мать решила вернуться домой. А в родных краях жить после войны было ещё тяжелей. Дед с бабушкой состарились, сиротами остались детишки родных. И всех мать кормила одна. Она устроилась работать в колхоз «Большевик». Трудилась дояркой, телятницей. Она не боялась делать любую мужскую работу, сама делала грабли, отбивала косы, забивала скотину. Ещё она умела плести корзины из лозы. В тяжёлом труде так и прожила всю жизнь одна, поднимая всех детей на ноги.

Их жизнь не отличалась от многих людей того поколения. Угнетала моральная сторона. Жить с клеймом семьи «врага народа» было не только позорно, но и страшно. «Всю жизнь мы всех стеснялись и боялись, казалось, что в любой момент могут прийти, забрать и в 24 часа выслать еще куда-нибудь…», — с горечью делилась Александра Семёновна. Частенько о статусе изгоев не забывали напомнить иные злые языки односельчан. Да и в школе все дети учились бесплатно, а за своих дочерей Л. Ф. Ельмешина платила по 150 рублей в месяц. Для этого она содержала овец.

Учились дети сначала в Краснодубравской, затем до окончания 9-го класса ходила в Паньковскую школу, что была за 7 километров. Как бы ни было трудно, но детей мать вырастила. После школы Александра пошла работать в совхоз и трудилась также добросовестно, как и её мать, за что имела благодарности и грамоты. В 1959 году вышла замуж за соседского парня и одноклассника Анатолия Гавриловича Маркина, у которого родители понимали всю ситуацию и тем более хорошо знали и уважали эту семью. Супруги Маркины вырастили двух хороших трудолюбивых сыновей и дочь, которые подарили им пятерых внуков.

А Любовь Фёдоровна прожила трудную, но довольно продолжительную жизнь и дождалась часа, когда восторжествовала справедливость. В январе 2003 года директор Краснодубравской школы Н. Н. Илюхина принесла в дом Маркиных газету «Орловская правда», в которой была заметка о том, что в 2002 году отделом реабилитации жертв политических репрессий военной прокуратуры Московского военного округа было пересмотрено свыше 500 архивных уголовных дел в отношении военнослужащих — уроженцев Орловской области, которые за годы Советской власти были подвергнуты репрессиям за политические убеждения. Проверкой было установлено, что 61 уроженец Орловской области из вышеуказанных дел был осужден необоснованно. И в связи с этим они были реабилитированы. Среди них оказался и Семён Романович Ельмешин. Радостную весть матери сообщила дочь.

Пожилая 89-летняя вдова репрессированного услышав хорошую новость все равно ворчливо назвала его «дармоедом», но на лице, как помнит дочь, все равно светилась радость.

Ещё не веря такому неожиданно свалившемуся событию, А. С. Маркина с этой газетой поспешила в районную администрацию, но здесь её вновь одолел страх. Александра Семёновна очень боялась войти в кабинет чиновника.

Сейчас с большой благодарностью она вспоминает, как тогда её тепло встретила начальник отдела по социальным вопросам Т. Н. Филоненко, которая радовалась вместе с ней. Она тут же позвонила в Орёл, Москву, сделала запрос по С. Р. Ельмешину. Справка о подтверждении реабилитации пришла, не задерживаясь. А 21 февраля А. С. Маркина и её мать получили свидетельство о праве на льготы по ст. 16 Закона РФ «О реабилитации жертв политических репрессий». Словно дождавшись восстановления честного имени, Любовь Федоровна, всю жизнь которой равна подвигу большинства русских женщин того поколения, в апреле 2003 года со спокойной душой отошла в иной мир.

А нам надо помнить о тех трагических временах и, не дай Бог, чтобы они когда-нибудь повторились.

Лариса Эм //Восход.- 2007г. — №44. — С.

Корсаковская районная газета Восход, 2015 г. Статья Тагунова Т. И.

Сердце матери радуют встречи

Ветерана труда Т. И. Тагунову из села Корсаково многие жители района знают как бывшую медсестру центральной больницы. За 35 лет работы Тамара Ивановна выходила немало больных. Многие годы вместе с другими медиками принимала активное участие в сельхозработах на обработке и уборке свеклы и картофеля. Имея Почетные грамоты и множество благодарностей за добросовестный труд. Тамара  Ивановна всегда остается доброй, любящей матерью своим двум сыновьям и хорошей женой.

При встрече с Тамарой Ивановной мы узнали, что она родилась в самом начале Великой Отечественной войны — 13 июля 1941 года. Из пяти дочерей в семье Ивана Константиновича и Анны Петровны Гришиных Тамара была младшей. Отец так и не увидел, когда она родилась. Перед началом войны его, бывшего участника Финской войны, посадили в тюрьму. Со слов матери и старших сестер, Тамара Ивановна узнала, что отец работал в колхозе бригадиром. За зерном для посевной раньше ходили пешком на станцию в Хомутово.  По непредвиденным обстоятельствам его бригаде пришлось задержаться на два-три дня. Иван Константинович разрешил из полученного зерна немного сварить каши, чтобы  накормить тех, кто ходил за зерном. Когда вернулись в свой колхоз, за недостающие два килограмма зерна он был лишен свободы. Позже узнали, что он воевал в штрафбате и потом пропал без вести.

Матери Анне Петровне с пятью детьми из-за клейма мужа как «врага народа» не давали положенные пайки. Жилось семье  трудно. Особый голод Тамаре Ивановне запомнился в 1945-1947 годах. Они собирали разную траву, а «кавардашки» из мерзлой картошки казались самыми вкусными. Но мир  не без добрых людей. «Мать собирала молоко от частников, отвозила  на сепараторную в д. Александровку, — вспоминает моя собеседница, — и после перегонки молока женщины, зная положение семьи, наливали 2-3 литра «обрата» (это оставшаяся жидкость после отработанного молока) для детей. Помню еще, как я брала кружку и ходила к соседу — деду Илье Демину, когда тот доил корову. Он всегда наливал мне молока в кружку, и я пила. Мама ругала меня за это, а дедушка ни разу не отказал маленькой девочке. До сих пор вспоминаю о нем с благодарностью».

Одежду в семье девочки носили друг за дружкой, и споров из-за нее не было. На вырученные деньги от продажи коровы мать покупала все необходимое для школы. Никогда сестры не носили целые платки. Покупая, мать разрезала их две косынки. Младшей всегда доставались обноски. Первое новое платье – из крепдешина мама сшила, когда по окончании Корсаковской средней школы Тамара получала аттестат зрелости. Первое новое платье ей купили, когда училась на медицинских курсах в Орле. После она окончила еще и Тамбовское медицинское училище.

Тамара Ивановна считает, что раньше многим жилось одинаково нелегко. Но все выросли, обзавелись семьями. Повезло Тамаре Ивановне с мужем Анатолием Ивановичем Тагуновым, который окончил Чугуевский лесной техникум. Он был направлен работать инженером в Моховской лесхоз. В Корсаково переехал по настоянию жены в 1971 году и много лет работал помощником лесничего.

В воспитании сыновей участвовали оба. Никогда их не били, но если надо было — ругали. Старший сын Андрей, 1962 года рождения, рос озорным ребенком, но в школе учился неплохо. Любил кататься на коньках и мечтал стать хоккеистом. В седьмом классе помогал отцу строить гараж. А после восьмого класса помогал  совхозу на уборке, работал на комбайне. За хорошую работу бывший директор совхоза В. И. Степанов наградил его дорогими по тем временам часами. Они и сейчас стоят на серванте (хоть и не ходят), как память.

Во время его службы в армии в Мурманской области в погранвойсках, родители получили благодарственное письмо за подписью командира воинской части 2201 и начальника политотдела «За воспитание трудолюбивого и исполнительного сына, надежного защитника», который выполняет ответственную и почетную задачу по охране рубежей великой Родины».

Второе  благодарственное письмо они получили, когда после армии Андрей окончил Ленинградское училище и работал в органах милиции, от руководства отдела вневедомственной охраны при УВД Сестрорецкого райисполкома Ленинграда. Андрей два раза по службе бывал в «горячих точках». Сейчас он с семьей проживает в Санкт-Петербурге.

Младший сын Сергей спокойный по характеру. После окончания Корсаковской средней школы и Тульского высшего артиллерийского училища он был направлен на Дальний Восток в г. Биробиджан. Через два года – в Калугу, где в звании майора по настоящее время служит в артиллерийской части. Благодарственное письмо за курсанта Сергея, Тагуновы получили в марте 1988 года от начальника ООТШ ДОСААФ и командира взвода.

Сыновья выросли заботливыми и внимательными к родителям. Четыре раза в год они приезжают с детьми и внуками, делают в доме ремонт, помогают по  хозяйству.

У Тамары Ивановны и Анатолия Ивановича один внук, три внучки и четыре правнучки. Сердце матери наполняется большой радостью, когда дети сообщают о своем приезде. Начинаются приятные хлопоты. И так каждый раз – встречи и расставания. Но главное то, что сыновья не забывают о родительском доме, чтят родителей и учат этому своих детей.

Лариса Эм //Восход.-2015г.-№48.- С. — 3.

Корсаковская районная газета Восход, 2016 г. Статья Нечеухина А. П.

Много лет работала бухгалтером

Жительнице села Корсаково А. П. Нечеухиной в прошлом году исполнилось 80 лет. Ветеран труда с сорокалетним стажем  работы Анна Прохоровна  приехала в наш район в 1992 году вместе с другими переселенцами из города Курган-Тюбе (Таджикистан). Они вынуждены были покинуть обжитые, и, как они считали, родные места.

Тяжело ей вспоминать о событиях той братоубийственной гражданской войны. До сих пор она не может понять, как так получилось, что дружелюбные таджики превратились в гонителей русскоязычного населения. Затем конфликт перерос в войну между своими этническими группировками. А потом многие их них сами стали скитаться по городам России. Одни спасали свои семьи, другие — в поисках заработка.

О своей жизни Анна Прохоровна рассказала коротко.

Сама она родом из села Малая Ижмора Заметченского района Воронежской области, (нынче он входит в Пензенскую область). Отец Прохор Ильич Быков трудился в водном хозяйстве, а мать Анастасия Яковлевна была домохозяйкой. Анна была единственной дочерью в семье. Старшими были братья Петр и Иван. Гордостью семьи считается Петр Прохорович Быков, 1925 года рождения. В октябре 1942 года он ушел на фронт и воевал почти до ее конца. Был ранен в боях под Ленинградом. Он был отличным сапером и за это  имел награды. Однажды он только за один день разминировал 40 мин. Об этом подвиге, по словам собеседницы, к 70-летию Великой Победы была информация даже в Интернете. После войны Петр Прохорович работал в основном по строительству. В Корсаково приехал с женой жить к сестре в 1995 году. Умер и похоронен на Корсаковском кладбище в 2004 году.

Это по его рассказам Анна Прохоровна знает, что в 1938 году родители, как и многие другие трудолюбивые односельчане, были раскулачены и сосланы в Среднюю Азию. В семье Быковых при ней на эту тему ни мать, ни отец ни разу и словом не обмолвились. Ей было три года, когда родители приехали в Таджикистан и попали в местность, граничащую с Афганистаном в Сарай-Комар, переименованную потом в поселок Кировобад, затем — в Пяндж. Здесь Анна Прохоровна окончила десять классов средней школы. Затем в торговом техникуме города Душанбе выучилась на бухгалтера.  С тех пор всю трудовую жизнь была верна выбранной профессии. Сначала работала в РАЙПО. Потом 20 лет — главным бухгалтером на автобазе в Пяндже. При переезде в Курган-Тюбе главным бухгалтером автотреста. 

— Работа бухгалтера кропотливая. Требует внимательности и большого терпения, — делится воспоминаниями ветеран труда. — Особенно сложно было готовить годовые отчеты. Приходилось листы бумаги склеивать и делать  целые простыни, чтобы разместить все собранные данные, где в каждую клетку вклеивались еще маленькие бумажки с цифрами. Надо было безошибочно рассчитать так, чтобы все цифры сошлись. Радостно становилось, когда правильный результат получался быстро. Труднее всего было, когда она устроилась на работу в автотрест, где пришлось многое «разгребать», чтобы привести в порядок всю бухгалтерию.

За ответственность и добросовестный труд Анна Прохоровна не раз отмечалась наградами. А когда собралась переезжать в Россию, сам министр транспорта республики отговаривал ее от этого шага. Она и рада была остаться, да только было опасно. Люди гибли и среди них — немало знакомых. Так что никакой гарантии не было, что с ее семьей ничего не произойдет, хотя Анна Прохоровна по характеру доброжелательный человек, с соседями жили дружно.

— Да я и ругаться-то не умею, — улыбается она, — на работе никогда ни с кем не конфликтовала, если что — лучше промолчу…

— По приезде в Корсаково Анна Прохоровна была принята главным бухгалтером в Центральную районную больницу. Здесь проработала три года и вышла на пенсию.

С мужем В. А. Нечеухиным, который трудился на автобазах токарем и водителем, они прожили в любви и согласии 46 лет. Василий Александрович умер в 2002 году из-за болезни легких. В семье выросли двое детей. Дочь Татьяна Васильевна Буриева работает сейчас начальником Корсаковского отделения казначейства. Сын Александр первым приехал в Корсаково в 1990 году. Он работал водителем в ПМК и получил трехкомнатную квартиру, куда потом принял родителей, родственников, друзей. В настоящее время он ездит      на заработки в Москву.

От детей у Анны Прохоровны четверо внуков и трое правнуков.

Последние три года Анна Прохоровна жила чаще в Орле у внучки Жанны, чей муж, бывший сотрудник милиции Владимир Кузин, в 2007 году погиб при исполнении служебного долга в Чечне, спасая сослуживцев. После его гибели Жанна работает в полиции. Бабушка Аня ездила помогать ей провожать и встречать из школы своего правнука Дениса Кузина.

В хороших отношениях Анна Прохоровна и со своим зятем Александром Хазратовичем  Буриевым и снохой Любовью Сергеевной Нечеухиной.

Оптимистка по характеру, Анна Прохоровна никогда не жалуется на жизнь и всем довольна, говоря:

-Мы в Таджикистане жили хорошо, и здесь тоже — грех жаловаться. Был бы мир, а заработать на жизнь трудом можно везде.

В Корсаково почти рядом живут дети, а село стало для нас любимым и родным пристанищем.

Лариса Эм //Восход.-2016г.-№10.-С.5.

Корсаковская районная газета Восход, 2016 г. Статья Ермолаев А. Х.

Служил мичманом в Севастополе.

Житель села Корсаково, ветеран труда А. Х. Ермолаев, несколько лет находится на заслуженном отдыхе. Его часто можно увидеть в местном храме Покрова Богородицы на богослужениях.  Когда представился случай поговорить с ним, оказалось, что этот скромный человек обладает хорошей памятью и может о многом интересно  рассказать.

Родился Александр Харитонович восьмого ноября 1940 года в местечке под названием Канарай Джержинского района Красноярского края. Это глухое место считалось гиблым, так как в то время сюда ссылались все «неблагонадежные» люди. Перед своей смертью мать Ксения Климовна рассказала сыну, как были раскулачены и расстреляны его  дедушки — Михаил Артамонович Ермолаев и по материнской линии — дед Клим Гладких. Раньше эти семьи проживали в селе Красночекойского  района Забайкальского края. Эти две фамилии были самими известными, а их обладатели — самыми зажиточными хозяевами на всю округу и отличались большим трудолюбием. После раскулачивания молодую пару Харитона Михайловича Ермолаева и Ксению Климовну Гладких выслали за пределы родового гнезда в глухомань Сибири. В деревне Канарае среди «неблагонадежных», кроме русских, жили чуваши, татары, евреи, поволжкие немцы с такими фамилиями как Вернер, Гринберг и другие.

Харитон Михайлович участвовал в Финской войне, затем в Великой Отечественной — дошел до Кенигсберга. После ранения и контузии лечился в Сочи и затем вернулся домой. Его сын Александр и сейчас помнит все рассказы о войне и то, как отцу приходилось сбивать с деревьев финских женщин-снайперов, которых называли «кукушками». После войны Ермолаевы с сыном переехали в Псебай — бывший райцентр Карачаево-Черкеской республики, позже — Краснодарского края. Здесь была хорошо развита промышленность. Отец работал на лесозаготовительном заводе. Псебайский лесхоз славился ценными породами деревьев. Это дуб, бук, граб. Из них делали заготовки и отправляли дальше по стране, а также изготавливали обувные колодки, сувениры и другое.

Александр окончил семь классов Псебайской школы. Затем в Майкопском техникуме выучился на мастера теплого холодильного оборудования. Три года отслужил в армии в г. Асино Томской области. После демобилизации трудился  в военторге и на Канской ТЭЦ в Красноярском крае. В 1969 он вернулся в Псебай.  Несколько лет работал на монтаже котельных и тепловых трасс в городах Краснодарского края и на Кубани.

Поскольку мать умерла, пока он служил, а отец женился второй раз, Александр Харитонович по совету двоюродной сестры поехал в прославленный Город-Герой Севастополь. Десять лет с 1973 по 1983 годы он прослужил там мичманом Морской инженерной службы (МИС). За два срока (по пять лет) он ходил в море на крейсерах «Ленинград», «Москва» на которых тогда базировались военные вертолеты, и на других военных кораблях. Покидать берег приходилось на несколько месяцев, а то и на год. Из Черного моря корабли ходили через проливы Босфор и Дарданеллы на сторожевые точки в Средиземное море, иногда  — в Атлантику. При выходе корабля в нейтральные воды офицерскому составу и контрактникам доплачивали к зарплате 30 процентов в бонах. В советские годы на них жены моряков покупали импортные товары (в основном одежду) в валютном магазине «Березка». По возвращении в Севастополь, когда военные корабли стояли на рейде, мичман Ермолаев в качестве мастера производственного обучения сопровождал новобранцев, проходивших практику. Пришедших на службу ребят на берегу обучали три месяца, а потом отправляли на корабль.

— Я служил в составе боевых частей БЧ-5 и БЧ-6, которые отвечали за «живучесть» корабля, — рассказывает Ермолаев. Сюда входило обеспечение теплоотоплением, электроснабжением, а также проводили работу по опреснению и обеззараживанию воды, осуществляли подачу воды в котельную и аккумуляторную часть. В Морфлоте нужны любые специальности. Матросов готовят на берегу, а потом распределяют на места. Там не услышишь ответа: «Не умею». Матрос должен знать все, за что он отвечает. Кстати, когда любой человек в военной форме заходит на корабль, то обязательно в первую очередь отдает «честь» не дежурному, постовому, который на мостике, а флагу на корабле. Раньше были Советский и Андреевский флаги. Кормили матросов хорошо по пять раз в день, постель всегда была чистая, менялась один раз в неделю.

За время службы в Севастополе отделом МИС за успехи в военной службе в 1977 году Ермолаев был отмечен Благодарностью, а в 1978 году награжден медалью «За рационализаторское предложение».

Отслужив 10 лет, Александр Харитонович устроился в Севастополе на военный приборостроительный завод им. Ленина. Этот завод выпускал приборы и оборудование на военные корабли и подводные лодки.  Как хорошего специалиста по газоотоплению его пригласили на «пуск» военного завода «Гурия» в Грузии. При распаде Союза завод закрыли. Бывший мичман хотел было вернуться на Севастопольский завод,  но и там дело шло к закрытию.

О призыве приезжать в начавший возрождаться Корсаковский район, он прочитал в газете «Сельская жизнь» в статье «Выбираю деревню на жительство». Недолго думая, в 1990 году с семьей он приехал в Орел, записался и попал на прием к Е. С. Строеву. Выслушав переселенца, Егор Семенович посоветовал ехать в наш район, где с большей вероятностью в скором времени семья сможет получить жилье.

В начале 90-х годов в Корсаково шло активное строительство под руководством начальника Агропрома № 1 Золотухина.

— Когда мы уже делали отмостку вокруг первого трехэтажного дома в микрорайоне Березовый, в район приехал Строев. Он узнал меня и спросил, выбрал ли я себе квартиру, — вспоминает Ермолаев. — Я в шутку ответил: «А что выбирать, я возле нее и стою». Так мне потом эту трехкомнатную квартиру на первом этаже и дали.

В Корсаково опытный и квалифицированный специалист потом работал мастером и сварщиком в РЭС Мценских электросетей (директором был И.Н. Фатеев). После оформления пенсии трудился в комхозе по обслуживанию газовых котельных в микрорайоне Березовый, когда был директором В. В. Морозов, затем Е. В. Мартынов. Ушел на отдых в 2010 году.

В 2013 году из-за болезни умерла его жена Полина Алексеевна. Она была вдовой с двумя маленькими дочерями Наташей и Олей, когда он познакомился     с ней в Севастополе. (Ольга по болезни умерла в зрелом возрасте). С супругой они прожили 40 лет. От совместного брака в 1975 году родилась дочь Елена. По  случаю 200-летия города-героя, родителям в ЗАГСе на имя Елены была выдана специальная медаль  о ее рождении в Севастополе.

В настоящее время Александр Харитонович в свои 76 лет, имея армейскую привычку, продолжает вести активный образ жизни. В квартире сам следит за порядком и чистотой, готовит себе обед, любит путешествовать и общаться с людьми. В составе членов клуба «Золотой возраст» при ЦСОН (руководитель — Т. П. Расулова) он ездил по памятным местам боевой Славы в Тулу, самостоятельно и с большим интересом посещал города и райцентры Орловской области, отдыхал в профилактории «Березка», по воскресениям ходит в церковь. У него от дочерей четверо внуков и одна внучка. Особым уважением пользуется Александр Харитонович у племянников из Москвы Игоря и Олега. Со своими женами братья навещают его летом, часто звонят. А когда сломались его старенькие «Жигули», они подарили, пусть не новую, но вполне приличную «семерку», чтобы дядя приезжал к ним в гости. Пока А. Х. Ермолаев как одиноко проживающий пенсионер в постороннем уходе не нуждается. Пожелаем ему здоровья, активного долголетия и поздравления его и всех мужчин с Днем защитника Отечества.

Лариса Эм //Восход. — 2016г. — №8.- С. — 4.

Cтатья Саламов Х. А.

Саламов Хасан Аюбович 01.03.1951 года рождения. Место рождения город Кентау Южно-Казахстанской области республики Казахстан. Свидетельство от 30 ноября 2011 года действительно на территории Орловской области. Родители Хасана Аюбовича Аюб и Муслимат Саламовы , как враги народа были сосланы в  город Кентау Южно-Казахстанской области республики Казахстан 23 февраля 1944 года из Чечни. Проживали и работали всю свою жизнь до пенсии в городе Кентау. Где 01 марта 1951 года родился Хасан и другие дети. В семь лет он пошел в школу, после окончания 11 класса в 1970 году был призван в армию, где служил до 1972 года. После армии работал на стройке. В 1980 году  вернулся в Чечню. В Орловскую область Хасан приехал в 1980 году работать на стройке в городе Новосиль. В 1985 году переехал в село Корсаково, где проживает и по сей день. И всю свою жизнь проработал наемным строителем. В 1991 году родители и он были реабилитированы.